ВИЧ как преступление. Михаил Голиченко – о деле Александры.

Каждый, кому поставлен диагноз "ВИЧ-инфекция", предупреждается об ответственности по статье 122 Уголовного кодекса РФ – "Заражение ВИЧ-инфекцией".

Наличие такой статьи в Уголовном кодексе продиктовано заботой об охране здоровья населения. В теории. Конечно, организация охраны здоровья, включая меры правового характера (среди которых присутствуют и способы запрета, подкрепленные уголовными санкциями), – важная прерогатива любого государства. Под уголовным запретом совершенно обоснованно находятся такие, например, действия, как обращение фальсифицированных лекарственных средств – здесь цель охраны здоровья имеет прямую логическую связь с методом правового регулирования, уголовным преследованием. Однако польза некоторых других уголовных запретов с точки зрения их роли в здравоохранении не вполне очевидна, они избраны, как представляется, произвольно. Одним из таких запретов является статья "Заражение ВИЧ-инфекцией”.

С эмоциональной точки зрения появление такой статьи в Уголовном кодексе можно объяснить: ВИЧ-инфекция является хроническим заболеванием, которое при отсутствии своевременного лечения может привести к смерти. Ответственность в связи с ВИЧ-инфекцией была включена еще в советский УК, однако тогда речь шла только о заражении в связи с нарушением санитарно-эпидемиологических правил (как, например, в случае с массовым внутрибольничным заражением детей в Элисте в 1988 году). В 1996 году в Уголовном кодексе Российской Федерации появился перечень новых составов преступления для людей, живущих с ВИЧ: "заведомая постановка в опасность заражения" и "заражение ВИЧ-инфекцией лицом, знавшим о наличии у него ВИЧ". Ответственность за здоровье других людей стали возлагать на ВИЧ-инфицированных, поставив их в ситуацию постоянного риска уголовной ответственности в связи с хроническим состоянием здоровья. Во всём мире это называется криминализация ВИЧ-инфекции.
С рациональной точки зрения, криминализация ВИЧ-инфекции – мера бестолковая, так как профилактике ВИЧ-инфекции она не помогает. Есть множество научных исследований, доказывающих порочность криминализации ВИЧ с точки зрения профилактики заболевания. Криминализация ВИЧ-инфекции подрывает усилия по привлечению граждан к тестированию; создает у населения ложное чувство защищенности и отсутствия необходимости самостоятельно защищать своё здоровье; приводит к нарушениям прав тех, кто живёт с ВИЧ, поскольку они становятся объектами стигматизации.

Ежегодно в России за "постановку в опасность заражения" и за заражение ВИЧ-инфекцией к уголовной ответственности привлекают около 40 человек. В большинстве случаев речь идет о делах, возникающих из отношений партнеров, когда один из партнеров внезапно узнает о ВИЧ-статусе другого и по тем или иным причинам (часто из мести) обращается с заявлением о возбуждении уголовного дела. Главным доказательством является, как правило, признание человека, живущего с ВИЧ, о том, что секс был без презерватива. Обвинительные приговоры по таким делам редко обжалуют, осуждённые предпочитают поскорее забыть позор процесса. Но иногда встречаются люди, которые чувствуют несправедливость самой идеи уголовной ответственности: тебя наказывают, по сути, из-за того, что ты болен ВИЧ.

Александра (имя изменено) выросла в детдоме. Не идеальный подросток, судя по характеристикам из детского дома. В 15 лет – первый брак, быстрая смерть мужа, и уже вдова. Примерно в это время у Александры диагностируют ВИЧ. Она покинула детский дом и пыталась прожить на непостоянные заработки, в том числе занимаясь уборкой квартир. Однажды её для уборки квартиры нанял Алексей, ему уже за 30. Алексей проявил к Александре интерес; узнав, что она сирота, предложил девушке пожить у него. Александра осталась у Алексея на ночь. Алексей не хотел использовать презерватив, а Александра боялась сообщить о своём диагнозе открыто, хотя и намекала на опасность ВИЧ-инфекции.
В какой-то момент у Алексея начали возникать подозрения, и он настоял на том, чтобы Александра сдала анализы на ВИЧ. Отношения развалились, вскоре Алексей узнал о результатах анализов. Хотя у него самого ВИЧ выявлен не был, он обратился в полицию с заявлением. Обвинительный приговор с назначением обязательных работ Александра обжаловала вплоть до Верховного суда. В январе 2019 года Верховный суд направил ее жалобу обратно в областной суд, который спустил кейс на пересмотр в суд первой инстанции. Александра не юрист, не правозащитник, но она чувствует, что справедливость на её стороне. И вот по каким причинам.
Состав преступления “постановка в опасность заражения” предполагает высокий порог для привлечения к ответственности – прямой умысел. Такой умысел характерен для ситуации, когда человек не только понимает, что может заразить партнёра, но и желает этого. То есть, к примеру, для ситуации, когда человек активно настаивает на том, чтобы секс был без презерватива. Александра этого не делала. В ситуации с Алексеем закон косвенно возлагает на Александру обязанность следить за здоровьем партнёра и либо обеспечить наличие у него презерватива на половом члене, либо сообщить о своём ВИЧ-статусе. Возможно, в ситуации равенства партнёр с ВИЧ не побоится раскрыть свой статус или настоять на использовании презерватива. Но Александра оказалась в зависимом от Алексея положении, поскольку проживала у него в квартире. Алексей был почти в два раза старше неё, имел значительный больший жизненный опыт, был физически сильнее. Девушка не нашла в себе сил сказать, что у неё ВИЧ, но активно намекала на то, что ВИЧ можно заразиться, как, к примеру, заразилась её подруга. Иными словами, для уголовной ответственности за постановку в опасность заражения в действиях Александры недостает прямого умысла.

Соображения социальной справедливости требуют, чтобы наивысшей степени общественного порицания – уголовной ответственности – граждане подвергались только за наиболее негативные поступки. Убийства, умышленное причинение вреда здоровью – такие поступки, без сомнения, требуют уголовной ответственности. Заражение ВИЧ-инфекцией – нанесение тяжкого вреда здоровью, и ведущие к этому умышленные действия заслуживают уголовной статьи. Однако для этого нет необходимости иметь специальную статью Уголовного кодекса, в которой ВИЧ-инфекция была бы выделена в качестве самостоятельного признака. Есть общие составы преступлений, связанных с причинением вреда здоровью. Наличие специального состава именно против заражения ВИЧ-инфекцией является законодательным отражением особой, возведенной в закон стигмы по отношению к людям, живущим с ВИЧ, а это не соответствует принципу социальной справедливости.

Существенно снижена обязанность стороны обвинения доказывать вину обвиняемого: достаточно самого факта того, что человек живет с ВИЧ, а также признательных показаний, что секс был без презерватива. Вероятность передачи ВИЧ во время секса без презерватива от женщины к мужчине составляет менее одной десятой доли процента. Сам по себе секс без презерватива в целом не настолько опасен с точки зрения передачи ВИЧ-инфекции, чтобы возводить его в ранг уголовного преступления. Важно, чтобы было наличие чёткого прямого умысла, без доказательства которого привлечение к ответственности за секс с партнёром с ВИЧ без презерватива можно сравнить с привлечением к ответственности человека, который держит в руках нож, находясь в непосредственной близости от другого.
Использование презервативов – один из наиболее эффективных способов защиты от ВИЧ при половых контактах. Использование презерватива – вопрос заботы каждого о своем здоровье. Люди должны это понимать, причём должен понимать это каждый человек, вне зависимости от своего ВИЧ-статуса. Состав "постановка в опасность заражения" не учитывает, что в ситуациях интимного контакта далеко не каждый готов раскрыть партнёру свой ВИЧ-статус. Наличие специального состава преступления за постановку в опасность заражения создает у людей без ВИЧ ложное ощущение защищенности, когда несообщение партнером о своём положительном статусе по сути означает, что можно не использовать презерватив. Таким образом подрывается основа эффективного метода защиты населения от ВИЧ – формирование привычки населения использовать презервативы.

Обжалуя свой приговор, Александра борется за здоровье населения, а не только за себя.
Тяжба вокруг обвинения Александры продолжается. Возможно, Александре снова придется обжаловать приговор вплоть до Верховного суда в надежде восстановить справедливость в отношении людей, живущих с ВИЧ.

Автор: Михаил Голиченко – адвокат, кандидат юридических наук

Источник: https://www.svoboda.org/a/29867282.html?fbclid=IwAR3AgI7Cpxp5ef1jngkWgu7n6XgbOhfCG0Yuy-pdAxTrqDeXXPKfDIAPpeo 

Опубликовано на сайте МОО «Позитивный диалог»: 03.06.2019

Подписывайтесь на нашу страницы ФБ: https://web.facebook.com/pdialog/